О Павликах Морозовых, и не только

morozovРодиной Павлика Морозова теперь является не Россия. Он благополучно переехал туда, где на родителей можно стучать, лишь набрав номер мобильного телефона, и совсем нет нужды бежать к небритым и угрюмым комиссарам, испуганно оглядываясь назад. Были времена, когда всё, что стояло рядом с представлениями о морали и свободе, у нас связывалось с западной демократией. А нам, убогим и сирым, оставалось лишь глотать слёзы и каяться в исторических промахах и дефективности.

И это ж надо – как по-иезуитски перевернулась жизнь! Теперь малолетний сын свободного государства, вскормленный пиццей и мультфильмами из Интернета (назовём его Паоло Джелло для правдоподобности), выслушивает в школе детальные инструкции. А именно, если ваши родители осмелятся вам сказать, что гомосексуализм является грехом, и будут назойливо вдалбливать вам, современному ребёнку, устаревшие и слишком придирчивые моральные нормы, то для такого случая есть номер телефона горячей линии.

По мобильному (который вам папа и подарил) вы можете позвонить и безбоязненно заявить на отца в суровые, но беспристрастные органы. Папу мигом поставят на место, сначала предупреждением, затем денежным штрафом, а если понадобится, то и тюремной камерой. И никто, дорогой Паоло Джелло, вас не подрежет и не задушит, как вашего далёкого русского тёзку — в наказание за наушничество на ближайших родственников.

Невыносимо трудно перекраивать мысли и изменять убеждения у тех, кто полностью состоялся, застёгнув на себе все пуговицы. Можно махнуть на них рукой, как на временную преграду, уже не влияющую на изменение климата. Всю предприимчивость нужно направить на молодёжь. Даже не на неё, а на малышню – нежную и безобидную. Никакой вампир не будет гоняться за древними старухами – ему юных подавай. А ещё лучше – девственниц, с чистой кровью, незапятнанной душой и румяными щёчками.

Им то с некоторых пор и рассказывают любопытные вещи в странах увековеченной свободы; в державах, перед которыми наш малообразованный мужик, как водится, ломает шапку. Оказывается, папы уже нет, да и мамы тоже. Теперь есть родители под номером один и два, а значит, заповедь о почитании отца и матери ненавязчиво, но бессрочно удаляется из Библии. Сексуальные манеры отныне не регулируются Священным Писанием и нравственными нормами, а выбираются по собственному желанию, как новая марка авто.

По логике вещей, несколько глав из книги Бытия можно либо не принимать во внимание, либо вообще вырвать. Вся сверхъестественность брака, волнующий сон Адама, метаморфоза ребра, появление женщины и рождение великой тайны, всё это – с глаз долой. У нас, видите ли, теперь свой мистицизм, своя этика и глубина – всё с патентом сатаны. И всю эту гадость – детишкам на головы, да желательно пораньше. А потом, в духе Манифеста Маркса, возбранить родителям вмешиваться в современное воспитание.

А ведь концепция обобществления женщин и детей уже обросла бородой. И ныне уже не Ленин с Троцким занимаются пламенной риторикой на русском приволье, а совсем другие люди с труднопроизносимыми заморскими фамилиями помыкают взрослыми: «Не вмешивайся! Не трогай! Не препятствуй нам заниматься воспитанием твоих детей!» И это – не плод воображения, а реальная действительность в колыбели демократических свобод и прочей светомаскировки.

У нас кровь ещё не очистилась от капельниц коммунизма, и на коже остались отметины, как от прививки манту. Мы этим перехворали, и на подобные идеологические приманки вряд ли больше подпишемся. Как дети страны, перенёсшей лихорадку коммунизма, мы знаем много такого, что западному обывателю и во сне не привидится, пока властно не постучит в дверь. К примеру, мы знаем, что трескотня о свободе и счастье человека – это плотная завеса для неслыханных издевательств над этим же человеком. Порой это словоблудие настоящих создателей концлагерей.

Утверждали, что Бога не существует, но при этом пытались всех осчастливить. Видимо, преследуя данную цель, и загнали массу работяг за колючую проволоку, хотя им же и посулили рай при жизни. Почему? Думается, что земной рай без Господа и напоминает громадный концлагерь. Мы это знаем, потому что переболели этим ещё в утробе матери. А люди на Западе – нет.

Они, несмышлёные, полагали, что мы, подобно пьяным медведям, грубы и неотесанны. На это и были списаны все наши оплошности и просчёты. А заблуждения таились глубже – в нравственности без молитвы и стремлении вырастить человека нового сорта. Именно этой рискованной деятельностью сейчас занимаются в Западных странах.

Для начала назвали «любовью» механику полового акта. Следующим шагом было объявление свободы совокупления со всем, что подаёт признаки жизни. И вот уже признаны права на терминологию, разврат обоснован крючкотворством и все хлопают в ладоши, крича: «Любовь и свобода одержали победу!»

Но мы то видим, что они попросту просверлили огромную дыру ниже ватерлинии корабля, на котором плывут. И как в истории с легендарным «Титаником», скоро послышатся истошные крики о помощи. Увы, это судно постигнет та же участь. А наш человек должен стараться увидеть беду издалека. Дальновидность – вот плата за исторический опыт.

Западный мир вовсе не является местом триумфа свобод. Возможно, он и был им когда-то, но сейчас он скорее напоминает лабораторию по созданию стерильной особи без философских порывов, человека, который погружается в порок, и у которого при этом нет проблем с совестью. Европа – это шикарные апартаменты профессора Преображенского, где имеет место противоположный эксперимент: человека обращают в собаку для того, чтобы тот лизал пальцы хозяина, гонялся за жучками и смотрел на политическую «элиту» снизу вверх. Это так же неоспоримо, как и то, что все наши волосы на голове сочтены Господом.

Скоро наша квартира без евроремонта покажется нам дворцом, особенно на фоне разваливающихся небоскрёбов. Мир кардинально меняется, уважаемые господа, и не в лучшую, а в малопонятную сторону. В этом мире выживет тот, кто сохранит в себе нравственную основу, рождённую христианством. Остальным не позавидуют даже обитатели Содома и Гоморры.

Праздник сейчас на нашей улице. Нас утомили исследования человека, его моральных качеств и вопроса всемирного благополучия. Нам пора вступить в эру осмысливания жизни и разумной проповеди христианства. Хорошо бы ещё перестать прогибаться перед людьми из тех государств, где не говорят по-русски. Как вариант, нужно приготовиться к тому, что огромное их количество станет наведываться к нам в гости для того, чтобы вкусить радость истинной свободы или остаться навсегда. И притягивать их будет не намозолившая глаза статуя леди с факелом и не коломенская красавица с хлебом-солью, а облик Спаса Нерукотворного.

На основе очерков Андрея Ткачева

Для справки:
Павлик Морозов на Википедии
О Павлике Морозове на «Хроно»